Оранжевая революция в Приднестровье - потенциал и последствия

maid33.jpg

rk012.jpgАвтор: Роман Коноплев.

В последние недели по поводу возможной «Оранжевой революции» в Приднестровье кто только не высказывался. Даже экс-министр иностранных дел Владимир Ястребчак решил развить тему, не говоря уже о тех, кому по роду деятельности мечтать положено – разных аналитиков и интеллектуалов.

Быть или не быть. Есть ли угроза Оранжевой революции в Тирасполе? Чего стоит бояться местным КГБшникам? Будет ли спокойно спать Евгений Шевчук?

Будет. По крайней мере, пока. Потому что Оранжевая революция в Приднестровье уже давно случилась. Она произошла летом-осенью-зимой 2011. Когда «охранители» собирались на митинг в поддержку победившего Игоря Николаевича Смирнова, включая руководство МГБ, а тем временем власть уже переходила, уплывала в другие руки.

Вспоминаю те времена. Чуть ли не из каждого утюга доносилось, что Шевчук – засланец, «связан с западными спецслужбами». Собственно, это и была его главная фишка, главный брэнд. «Он предал нашу родину», навязанный оппонентами. Даже Антюфеев лично принял участие в раскрутке этого брэнда. Выступил с соответствующим заявлением для СМИ. Жители Приднестровья посмеялись, и ещё с большей охотой поддержали Шевчука. Приднестровцы дружно проголосовали не за его несуществующую программу, и не за отсутствующую ещё команду девочек, а за брэнд «предателя родины». Потому что перед ними были другие идеальные образы – Игорь Смирнов, который с утра до ночи поминал «Великую Россию», Анатолий Каминский, который постоянно появлялся в окружении депутатов Госдумы. И даже Дмитрий Соин, с его связями в околокремлевских «молодежках». Нет. Какая ещё Россия?

Приднестровцы пошли голосовать за человека с приклеенным ярлыком «предателя родины», сознательно. Вполне соображая, куда это «предательство» поведет. Есть психологический аспект у этой драмы. Никто сам быть «предателем» не захотел, не возжелал. Эту тяжелую ношу больное, пассивное общество благополучно переложило на плечи Евгения Шевчука. Доверив ему стать самым главным «предателем». Чтобы он сам, за них, всех «предал». Чтобы был «Мальчишом-плохишом». Чтобы сумел «продать родину» и «Великую Россию» за банку варенья и корзину печенья. Сдаться в лапы Молдовы, а заодно - коварного НАТО и Госдепа США. И поставить на самый верх своего друга Кузьмичева, про которого смирновцы снимали и крутили по ТВ фильмы – «Скажи мне кто твой друг». Вроде как друг «предатель», значит и сам – такой же.

И рядом с Евгением Шевчуком стоял и стоит до сих пор его главный политический партнер – Олег Хоржан. С точно такой же в Приднестровье со времен Смирнова репутацией «предателя» и «мальчиша-плохиша». Несмотря на имидж «предавшего родину Молдове» и связанного с ПКРМ, Хоржан набирает политический вес. Потому что «предавать родину» - это такой трэнд. Это круче, чем говорить громкие слова о любви к России, быть таким, как Смирнов.

Шевчук, собственно, не подвел своих избирателей. Он правильно начал.

Первым делом из Приднестровья был вышвырнут единственный, я могу ещё раз это повторить для тех, кто плохо читает – ЕДИНСТВЕННЫЙ человек в местной иерархии, связанный с Россией и только с нею. Это генерал Владимир Антюфеев. Никого кроме Антюфеева, связанного с российской системой власти физиологическими узами в Приднестровье никогда не было, и уже, наверное, не будет. Так что дорогим приднестровцам Шевчук пролил бальзам на душу – успокоил их. Сначала Антюфееву подбросили гранату к дверям квартиры, а потом выгнали его чуть ли не взашей.

Ликвидировав Антюфеева, власти ПМР в Москве стали налаживать связи с какими-то уже не властными, а околокриминальными, околокоррупционными и околоолигархическими кругами. Там тоже на заднем плане мелькают силовики, но это мутная вода. Или болото.

Но по Антюфееву сработали красиво. С гранатой и плевками вслед.

Это ж «по-нашему», по-приднестровски.

И народ Приднестровья вздохнул спокойно. Облегчился. Потому что этого, действительно, хотели все – никто Антюфеева не любил, его только боялись, и хотели, чтобы он исчез. И больше всех, пожалуй, хотели те, кто остался там, в структуре спецслужб, работать, на пепелище. Где с тех самых пор один Полиграф Полиграфович сменяет другого.

Антюфеев был единственным российским человеком в регионе, он не абориген, с местными типичными чертами и замашками малоросса – смекалкой и хитрожопостью. Аборигенам Москва справедливо никогда не доверяла, ибо как можно?

В Приднестровье произошла бескровная Оранжевая революция.

Всё, на что хватило сил у «общественников» - «патриотов России» - это встать напротив ЦИКа, через дорогу. Когда подводились итоги. Но у Шевчука были свои люди в МВД, так что всё разрешилось без шума и пыли.

Вообще, «оранжевая революция» в Приднестровье была двухполосная. Потому что про Каминского тоже намекали, что он «неправильный». Но не так упорно, как на Шевчука. Да и сложно было о Каминском – его поддерживал Кремль.

Две полосы на шоссе, ведущем в Молдову.

Одна полоса – это через Шевчука, вторая – через «Обновление». Я так предполагаю, что во втором случае с Молдовой бы тоже стали пытаться договариваться. И, возможно, Приднестровье в конечном конце оказалось в Молдове, но примерно в такой же позиции, как клуб «Шериф» в молдавском футбольном чемпионате – как роскошный бриллиант. Как центр силы, который мог бы строить свои многоходовки, цивилизованно защищать позиции Приднестровья.

Но не случилось. Получилась вторая полоса. С выбоинами и заминками.

Жители Приднестровья, в своем желании «предать родину» просто поставили на неправильную лошадь. Которая ездит огородами, пока в конец все не вывалятся из повозки. В итоге Приднестровье придет к финишу, в Молдове, в роли растрепанной пьяной восьмиклассницы, с размазанной по лицу помадой. Других вариантов, как-бы, совсем нет. «Обновленцам» ни на каких выборах больше не побеждать. Их победит мальчиш-плохиш, и его Коммунистическая партия.

Но почему случилась заминка? Почему Шевчук не включил Приднестровье в состав Молдовы? Ведь ему никто не мешает?

Потому что юридически Приднестровье уже в составе Молдовы. Вся экономика – в составе Молдовы. Большинство живущего в анклаве населения – граждане Молдовы и лица, документированные Молдовой. Приднестровье, как и вся остальная Молдова, ассоциируется с Европейским Союзом, а жители ПМР с молдавскими паспортами получают право безвизового въезда в ЕС с 1 июля 2014.

Есть, правда, некоторое недоразумение. В виде российских войск, на Днестре и в Колбасной. Они тоже ассоциируются с ЕС, куда ж без них. Как инородное тело, правда. Но их будут терпеть. Ведь Россия щедро платит властям Приднестровья за присутствие тысячи солдат. Полмиллиарда долларов США в год. Не знаю, платит ли где-то США, какой-либо стране или княжеству каких-нибудь бедуинов, полмиллиарда в год за право держать тысячу человек с легким автоматическим оружием. Какой интерес России в этом всём? Возможно, исключительно коррупционный. Никакой логики нет.

Так что Шевчуку включать Приднестровье в Молдову формально, с самоотстранением от власти, особой выгоды, как выяснилось, нет. И ситуация провисла. Затем Шевчук поссорился с Украиной, а следом - и с ОБСЕ. Европейцы тоже разочарованы отсутствием прогресса в переговорах. И в Украине это известно.

Что может сделать сон Евгения Шевчука беспокойным? Какая ещё Оранжевая революция?

Украинская, вот какая.

Потому что если в Украине ситуация станет более хаотичной, «отряды самообороны» могут навестить и Тирасполь. Мало ли, они ж не смотрели телевидение времен Смирнова, и не в курсе, кто там «предатель». Они просто поснесут все памятники Ленину, а заодно спросят у Шевчука за его Фейсбук, не слишком ли он усердно ставил лайки за Таможенный союз.

Что касается настроений приднестровцев, то они по поводу Евромайдана вряд ли отличаются от настроений в соседних регионах Украины. Половина населения – на одной стороне, половина – на противоположной. Те, что за Евромайдан, - поактивнее. И в случае чего готовы к решительным действиям. Те, что на противоположной, в случае чего будут смотреть телевизор и ставить лайки фоткам ОМОНовцев. Так что у «отрядов самообороны» в Приднестровье могут появиться и силы поддержки. И женщины с пирожками и горячим чаем.

В эпоху постмодерна все кошки серы. Самые ярые радикалы антироссийские могут оказаться «адептами Кремля». А самые ярые целовальщики Мавзолеев и памятников Ленину – наоборот. Засланцами Кишинева. Зря, что ли, США в Афганистане помогали деньгами и оружием моджахедам, у которых «большой Сатана» - это США, а СССР – лишь «малый Сатана». У сверхдержав большой опыт по этой части.

Так и тут. Те, кто больше всего ставит лайков за Таможенный союз, вполне могут оказаться просто хитрожопыми селянами, которые разводят Кремль на деньги. Во времена Смирнова ведь было примерно так же. Смирнов не любил контроль со стороны Москвы, боролся с этим контролем. Последний был винтик – Антюфеев. Которого Смирнов боялся трогать. Шевчук - не побоялся. Так что винтиков нет. Есть Гуляй-поле. Приднестровье какие-нибудь летучие отряды могут в случае чего и к Украине присоединить. А там, того гляди, и Соин в Тирасполь из Одессы вернется. Дмитро Соин, кстати, со времен конфликта на Днестре в хороших отношениях с украинскими националистами УНА-УНСО.

Украина, заперев Молдову своими требованиями 400 евро на день пребывания, вполне может и Приднестровье одним кавалерийским отрядом Евромайдана отжать. И спросить у Шевчука – кого он больше любит, маму или папу. Молдову или Украину. И это будет уже совсем другая история. Мир так непредсказуем.


Дата публикации: Пнд 17 Фев 2014

© «DNIESTER», 2009-2017.
© РИА «Днестр», 2009-2017.
© Программирование и дизайн: «DNIESTER», 2009.

Поиск на dniester.ru
О проекте РИА «Днестр» 2009-2017.
Архив РИА «Днестр» за 2017, 2016, 2015, 2014, 2013, 2012, 2011, 2010, 2009.
Архив материалов РИА «Днестр» на иностранных языках 2009-2017.