Мирон Костин и «его время»…

Семнадцатый век был в истории Молдовы едва ли не самым насыщенным событиями, определившими последующую судьбу княжества.

В Европе уже гремели артиллерийские залпы, перекраивались границы, подступала эпоха блестящих монархий и появления первых просветителей, предвещавших Великую Французскую революцию.

Именно в это время военный гений герцог Валленштейн создал первую в истории Европы профессиональную армию с четким делением на роды войск. Он же открыл человечеству бессмертную аксиому, которую не очень то любят афишировать «сильные мира сего»: «Война кормит войну!».
В центре же Европы свои претензии на гегемонию в регионе от Балтики до Черного моря активно заявляло федеративное образование двух мощных игроков, Литвы и Польши «Речь Посполитая».

Царство Московское царя Михаила, а затем и его «тишайшего» сына Алексея Михайловича Романова было в ХVII веке еще слабым и только наливалось жизненными соками после многолетия «русской смуты и засилья самозванцев».

Блистательная Порта Империя турецких султанов доминировала на юге и потрясала воображение европейцев мощными военными экспансиями, продвинувшись вглубь континента почти до Вены.

В Крыму, надежно прикрывшись от врагов степью и морем, по заветам Чингиз Хана правили его потомки - династия Гиреев. Время от времени крымские правители выводили в набеги на русские, украинские, молдавские и польские земли многотысячные орды.

Образованные люди Европы в этот век уже знали, что земля круглая и их не надо было убеждать в том, что она вращается вокруг солнца. На ярмарке в немецком городе Граце обычным делом для книготорговца в то время было продать за месяц до полутора тысяч книг. Сословные рамки королевств, герцогств, и княжеств трещали под натиском перемен, будивших в людях чувство собственного достоинства.

Именно семнадцатый век отмечен в Молдове необычайно частой сменой правлений. Причем, все они происходили сопровождаемые кровопролитными войнами, приходом на территорию страны иностранных армий и отрядов наемников, казнями, и периодическим опустошением городов и сел в результате набегов крымских татар.

Подробное описание этих драматических, а подчас и трагических событий оставил потомству один из умнейших и образованнейших сынов Земли Молдавской дипломат, просветитель, государственный деятель Мирон Костин.

«Что за времена обрушились на голову нашу, когда не за письмом и покоем, а в заботах и вздохах и рыданиях дни проводим?» - вопрошает он в первых строках своего труда, не замыкаясь в канонических рамках исторической хроники, но поднимаясь в тексте до высот блестящей публицистики, отмеченной чувством высокой гражданской ответственности автора.

«На зыбких весах деяния человеческие замеряются; и рушатся великие дома и царствования и верно сказал один праведник, что и судьбы войн на зыбком глазу покоятся» - говорит читателю человек, повидавший и блестящие царствования, и разрушительные войны, и «договоры на веки вечные», и предательства, и казни.

Миро́н Ко́стин (рум. Miron Costin) родился в 1633 году.

Он был вторым сыном в многодетной семье знатного польско-молдавского магната, гетмана Иона Костина. И уже само происхождение обеспечило ему блестящее для своего времени образование и карьеру. Его матерью была не менее знатная госпожа Сафта Скоарцеш, внучка, польского удельного владетеля Мирона Барновского. И так случилось, что прадедушка Мирона Костина тот самый Барновский тоже успел отметиться на престоле княжества. Мирон I Барновски-Мовилэ был господарем Молдовы (с 1626 по1629 годы и с начала 1633-го по июль того же года), но был свергнут, после чего бежал в Истамбул, пытаясь заручиться поддержкой Султана, но вместо помощи лишился головы. Возможно, именно в честь столь высоко поднявшегося в «табели о рангах» предка и был назван второй сын рода Костиных-Мовилэ Мироном. Впрочем, если следовать теории наследования имени как судьбы, то тут мы находим подтверждение таковой, ибо и сам Мирон Костин закончил свои дни на плахе. Счастьем, наверное, нужно полагать, то, что чаша сия не настигла его много раньше, поскольку такие исходы были обычным делом в то время. Интересен и такой факт, который приводит Мирон Костин в своей хронике. Когда магната Барновского сподвижники спросили, дескать, зачем тебе владетельному хозяину в Земле Польской, где ты не знаешь ни опасностей, ни бед господарский престол в Молдове, Барновский ответил: «Потому что очень сладостно быть в Молдове правителем».

Сладостность эта объяснялась двояко. С одной стороны по местным законам господарь правил практически бесконтрольно, отчитываясь формально лишь перед Султаном Великой Порты тем, что регулярно выплачивал определенную сумму дани, которую в благоприятные годы собирать не составляло большого труда. С другой стороны, все сборы с торговых людей, проходивших через Молдову с юга на север, и с запада на восток шли в казну господаря. Немалый доход давала и соль, доставлявшаяся чумацкими караванами из Крыма и перепродававшаяся монопольно в Молдове откупщиками господарского двора. Можно сказать, что уже в ХVII веке, впрочем как и сегодня, власть имущие в Молдове умели выстраивать схемы быстрого обогащения. Посему, при том условии, что местный закон очень вольно трактовал право на престолонаследие, господарем стремился стать каждый, кто себя таковым ощущал. Для этого требовалось то, в общем немного. И тут мы снова обратимся к летописи Мирона Костина, который к чести его не был бездумным апологетом существующего порядка вещей, но его критиком и обличителем.

«Все края Земли Лешской полны были своими людьми воеводы: кумовьями, родственниками и соседями. Как-то: Потоцкие, Вишневецкие, Корецкие, все брачными делами связанные, ведь трех дочерей своих выдал Еремия-водэ в Земле Лешской за больших людей. И как только узнал Вишневецкий, что сыновья Симиона –водэ убрали сыновей Еремии-водэ с престола страны, тотчас с войском и несколькими Потоцкими выступил против Михалаша-водэ. Было и у Михалаша-водэ вместе с войском своим немного татар и турок. Но не захотели турки в эту свару встревать и со стороны лишь наблюдали. И была эта война между родственниками и двоюродными братьями за престол страны и в бою у Штефанешть побила партия Константина-водэ сторону Михалаша-водэ. И тогда бросились из страны кто-куда сыновья Симиона-водэ, кто в Землю Унгорскую, а кто и к туркам отправился. Один из них Патрашко-водэ стал потом митрополитом Киевским, известной этой митрополии и архимандрии великого монастыря, что зовется на русском языке Печерский, где многие святые мощи в пещерах обретаются, и по сей день чудеса совершают. И так занял Константин-водэ сын Еремии-водэ старшего престол, на радость всей стране, которая жила надеждой, что продолжит он дела отца своего. Но далек был Константин-водэ от надежд этих. Как сказано у Иисуса Сираха: «Несчастна крепость та, где начальником юноша поставлен». И по неразумению молодости своей не стал Константин-водэ держаться обязательств перед Султаном и, как пишет хроникер Земли Лешской, не выплатил он Порте полной дани за год положенной. И так вот, разгневавшись, великий Султан низложил Константина-водэ и передал господарство Штефану-водэ сыну Томши. Не помогли Константину-водэ даже жалованные грамоты от турка, что дадены были еще отцу его в знак того, что будет он править, и сыновья, и внуки его, потому как турок, когда дает, а когда и отбирает, и в одно время добродушие его сменяется надменностью, и никогда слова своего турок перед христианином не держит, и не зазорно ему христианина обмануть и во всякое время по выгоде своей он только и поступает». ( Мирон Костин «Хроники Земли Молдавской…)

Внимательный взгляд опытного политика, не раз участвовавшего в сложных переговорах между противоборствующими сторонами позволял подмечать очень важные аспекты геополитического противостояния той поры, в центре которого, как и сегодня оказывалась Молдова.

«Жил в те времена Визирь Табань-Буюк, который держал сторону Василия –водэ, а с ним паша из Силистрии, и задумали они любым способом Матея-воеводу с престола убрать и к тому все усилия прилагали. И без всякого уведомления Султану устраивал Визирь разные хитрости, чтобы престол Земли Мунтенской Иону-водэ сыну Василия достался. И тогда же, как увидел Визирь, что препятствует его замыслам силяхдар-баши, новые способы учинил вместе с пашой из Силистрии, чтобы тот привел сына Василия-водэ на престол Земли Мунтенской. Каковые дела, потом стоили визирю головы, ибо стали известны Султану от силяхдара-баши и все кровопролития и войны между господарями, откуда и через кого, им начало вышло. Даже удивительно, как могли господари без всякого уведомления Султана междоусобицу затевать, тем паче зная его «свирепого льва» нрав и волю. Но надо знать и то, что земли эти тогда не столь подвластны ему были, но все- же взглядом настороженным смотрел турок, чтобы не приняла Земля Молдавская сторону ляхов, которые в ту пору сильны как никогда были и воздерживался Султан от ссоры с ляхами, тем паче имея начало войны с персами. И как же охотно ссорились эти земли между собой (Молдова и Мунтения прим. авт.) в долгие годы правлений этих. 19 лет Василий-водэ правил. А Матей-водэ до смерти своей, почти 30 лет на престоле был. А расплачиваться за то пришлось этим землям в другое время. И расплата эта на века затянулась» ( Мирон Костин «Хроники Земли Молдавской…)

Не о той ли расплате говорит мудрый летописец, что и сегодня отравляет отношения между Румынией и Молдовой? Не служат ли его заметки уроком истории для правителей стран наших?

Тут полезно было бы им усвоить еще один урок великого летописца.

«О ненасытный нрав государей, ослепленных стремлением захватывать и обогащаться! Сколь прибавляет им сил, в той же мере и ослабляет. Аппетиты властителей границ не знают! Владея многим, тоскуют будто- бы не имея ничего. И тем, что даровал их Господь, не насыщаются.
Имея честь и власть, еще большего желаю, Царствуя в своей стране, и соседнюю заполучить, мечтают, и так, позарившись на чужое, теряют и свое собственное. А сколь многие сияющие правления на свете, возжелав иных стран, сами себя погасили». (Мирон Костин «Хроники земли Молдавской…)

Поучиться же нынешним участникам информационно-политических войн в Молдове следовало бы у Мирона Костина объективности. Ведь будучи сторонником польской ориентации Молдовы и принципиальным противником движения запорожских казаков во главе гетманом Хмельницким, летописец отдает им должное как мужественным и опытным противникам.

«Удивления достойна сила духа казачья в беде и опасности! После того как бежали их предводители, и сам атаман утек, они не растерявшись, тут же избрали себе головного предводителя и связав свои возы, защищались и отстреливались до самой ночи, а после ночью же, в своем лагере подожгли колючку-чертополох и возы свои, а сами же сговорившись, бросив лагерь, пешие вышли дружно как один, без лишней болтовни и споров, - и так, не потеряв ни одного из них, пришли в свои земли». ( Мирон Костин «Хроники Земли Молдавской…)

Являет он образец и серьезного военного эксперта в описаниях битв и качественной оценки войск в них участвовавших.

«Этот вид войска, как уже упоминалось – панцирные гусары… весь в железе, только глаза и губы видны. Многие из них закрепляют за спиной крылья беркута или иной крупной птицы, самые отчаянные в шкурах леопардовых поверх лат, а те у кого нет шкур, ставят попоны турецкие, а головы лошадей тоже стальной планкой прикрывают, а многие и грудь коня для защиты от пуль. Седлают же лошадей они фряжских или немецких, или турецких породы особой. В бою никогда не скачут вразнобой, только строем, выходя из него разве что на одну голову коня, или же когда налетают на пехоту или лагерь, а такое подвижное войско как татары ничего им сделать не может, крутиться вокруг них татарин и копьем не достает. Копья же у них восьми локтей в длину и флажок до земли. Как тараны по полю боя идут». (Мирон Костин «Хроники земли Молдавской…)

Заветом мудреца, проникшегося болью своей земли и разделяющего страдания народа своего, звучат такие его строки:

«Недоступны натуре человеческой дела, что после будут. А ведь для одного ли, двух ли дел бывает, следуя желанию своему неудержимому несчастный человек, по воле случая пускается во все тяжкие и затевает нечто сверх сил своих и после всего этого находит бесславную гибель свою».
Предостережением всем нынешним и после них во власть приходящим политикам можно адресовать следующий фрагмент летописи Мирона Костина.

«Все не мог взять в толк Василий-воевода, куда же ему устремить свои чаяния? К туркам хотел бы, да зная переменчивый характер их, опасался страну потерять и в большом беспокойстве был. На казаков опереться тоже не мог, опасаясь уронить свою репутацию у турок. А против войск, что шли на него, стоять, не с чем было, не имел он войска подготовленного, да и вся страна зло на него держала и все только и ждали перемены правления». (Мирон Костин «Хроники земли Молдавской…)

Секрет же живучести молдаван и Земли Молдавской приоткрыт Мироном Костиным в весьма тонком наблюдении:

«И как всякий цветок или плод и вся зелень земная под снегом кажутся опавшими и увядшими, обласканные солнечным светом и теплом приходят в цветущий вид свой, так и страна после страданий пережитых в правление господаря Раду-водэ ( что, конечно, достойно удивления, как могло правление это совмещать столь изощренный ум этого господаря с такой немыслимой жестокостью в отношении своей же страны ?), без передышки пришла в себя и в течение года наполнилась всякими благами и народом. Милости государей страну укрепляют, жестокость их и особливо жадность – обрушивают».

В грядущем 2013 году исполнится 380 лет со дня рождения Мирона Костина сына Земли Молдавской, патриота сложившего голову свою в результате интриг придворной боярской камарильи, в течение следующих веков продолжавшей грабить и продавать Молдову, тем своим «хозяевам», что больше заплатят. Имя и дело Мирона Костина будут им и нынешним их наследничкам вечным упреком и обличением.

Мне же, по человечески интересно, а вспомнит ли кто из тех, что громче всех орут и носятся сегодня по площадям в Молдове об этой дате?

И большие есть у меня сомнения в том…

Нам же, людям мыслящим и читающим по площадям бегать негоже без особой на то нужды.

Ибо оставил нам в назидание Мирон Костин следующие строки:

«Великий Господь наш Всемилостивый, да подарит тебе дражайший мой читатель после свирепых дней лет нынешних и кое-какие века по свободнее, когда среди прочих дел, нашлось бы у тебя время и за чтением книг обрести искусное отдохновение от трудов тяжких. Ибо нет иного, сколь же полезного, сколь и вразумляющего времяпрепровождения во всей жизни человека, как чтение книг». (Мирон Костин, что был Великим Логофетом Молдовы, «Летопись-хроника Земли Молдавской от Арона-Водэ к нам…» )

Михаил Лупашко

Перевод летописи с молдавского Михаила Лупашко по тексту:
«МИРОН КОСТИН» ( Опере ) Кишинэу. Литература Артистикэ.1989


Дата публикации: Втр 25 Сен 2012

© «DNIESTER», 2009-2017.
© РИА «Днестр», 2009-2017.
© Программирование и дизайн: «DNIESTER», 2009.

Поиск на dniester.ru
О проекте РИА «Днестр» 2009-2017.
Архив РИА «Днестр» за 2017, 2016, 2015, 2014, 2013, 2012, 2011, 2010, 2009.
Архив материалов РИА «Днестр» на иностранных языках 2009-2017.