Путин — не самый лучший вариант, но есть ли альтернативы?

top_putin_sun.jpg

Bloomberg, США.

Ни один оппозиционный лидер сегодня не может предложить достаточно воодушевляющую идеологию, чтобы соперничать с Путиным

Нет ничего удивительного в том, что сегодня довольно трудно представить себе Россию без Путина: даже его ярые противники не могут предложить альтернативу его видению России.

На этой неделе состоялись дебаты между двумя известными российскими оппозиционными деятелями. Либеральную сторону представлял Алексей Навальный — борец с коррупцией, который уже заявил о своей готовности участвовать в президентских выборах 2018 года, хотя вероятность того, что ему позволят принять в них участие, крайне мала. Вопреки всему Навальный пытается вести себя так, будто Россия — это нормальная демократия: он открыл несколько региональных предвыборных штабов (активисты которых регулярно подвергаются нападкам и задержаниям) и продолжает комментировать текущие события из своей собственной телестудии (где и прошли дебаты).

Ультранационалистическую сторону представлял Игорь Гиркин или Стрелков — отставной офицер и националист, который, действуя в неофициальном порядке, развязал войну на востоке Украины в 2014 году — с тех пор в этом конфликте погибло около 10 тысяч человек. После того как он возглавил успешную военную кампанию при скрытой поддержке России и поработал министром обороны и верховным командующим сил самопровозглашенной Донецкой народной республики, агенты Кремля сместили его, поскольку они хотели иметь больше контроля над пророссийскими ополченцами. Гиркин, которого украинское правительство считает террористом и военным преступником, сейчас живет и работает в Москве, где он получает военную пенсию. Он утверждает, что у него нет политических амбиций, однако он остается культовой фигурой среди представителей российского правого крыла, которые при путинском режиме представлены так же слабо, как и либералы.

Именно Стрелков бросил вызов Навальному, который воспользовался этой возможностью, чтобы увеличить число своих потенциальных избирателей. В какой-нибудь другой стране подобные дебаты могли бы провести Эммануэль Макрон (Emmanuel Macron) и Марин Ле Пен (Marine Le Pen), Винс Кейбл (Vince Cable) и Найджел Фарадж (Nigel Farage), Берни Сандерс (Bernie Sanders) и Дональд Трамп. В России оппонентами в дебатах стали двое мужчин средних лет, лишенных какой-либо власти и обладающих сомнительным политическим будущим, а модератором дебатов оказался бывший редактор либерального телеканала. Тем не менее, эти теледебаты посмотрели сотни тысяч человек. Россияне истосковались по реальным дискуссиям и политическому соперничеству, а Навальный и Стрелков являются весьма эффектными полемистами.

Эти дебаты показали, что между Навальным и Стрелковым гораздо больше сходств, чем различий. Тех, кто ожидал, что Навальный будет продвигать более современное видение России и что Стрелков, известный монархист, будет рассказывать о своей ностальгии по имперскому прошлому, постигло разочарование. В ходе дебатов они оба пытались играть теми картами, которые Путин раздал России.

Больше всего разногласий между ними возникло в вопросе о характере врага. С точки зрения Навального, главным врагом является российский клановый капитализм, который расцвел при Ельцине и Путине. Он хочет наказать тех, кто обогащается незаконным путем, и навести порядок в огромной системе государственных закупок, на которую приходится 37% экономики. С точки зрения Стрелкова, главный враг — это Запад, который развалил Советский Союз и уничтожил всю российскую промышленность, кроме добывающих отраслей. Он считает президентов Бориса Ельцина и Путина марионетками Запада, обеспечивающими беспрепятственные поставки нефти и природного газа в Европу. Он хочет воссоединить «великую российскую нацию» — русских, украинцев и белорусов — в единую страну.

Цели Навального и Стрелкова кажутся довольно утопичными, учитывая то, что эти соседние страны не хотят объединяться, а также зависимость России от экспорта сырья, которая порождает монополизацию и централизацию. Любой, кто попытается преодолеть эти препятствия, испытает такое же разочарование, какое испытал Трамп в первые полгода своего президентства.

Но гораздо более поразительным оказалось то, насколько взгляды Навального и Стрелкова сходятся в некоторых фундаментальных вопросах. Они оба заявили, что они считают администрации Ельцина и Путина частями одного и того же режима. Они оба уверены, что русские — это «крупнейший разделенный народ в Европе». Навальный отметил, что он считает аннексию Крыма в 2014 году — в которой Стрелков принимал участие — необратимой, добавив, что эта война стала скорее расплатой, чем нарушением украинского суверенитета. На вопрос о том, считает ли он Стрелкова военным преступником, он ответил, что это должен решать суд.

Каждый из них обвинил оппонента в похожести на Путина, и в определенном смысле оба они были правы. Они разделяют точку зрения Путина в вопросе национальных интересов России и в том, что Россия является силой, объединяющей народ, распавшийся на части в результате катаклизма. Остальное — по крайней мере с точки зрения западного наблюдателя — было вопросом скорее нюансов, чем сущности: к примеру, Навальный настаивает на необходимости создать экономику, в которой коррупция будет играть менее значительную роль, а Стрелков исповедует более мрачную, более милитаризированную идеологию. Как написал Кирилл Мартынов в «Новой газете», «спорить с фашистскими идеологиями невозможно, намекая, что вы тоже немного националист».

В 1990-е годы Ельцин — которого все сейчас ругают — исповедовал гораздо более либеральное видение европейской России, свободной от имперских комплексов. Это видение не исчезло полностью даже после того, как он отказался от него из-за политического давления и слабого здоровья, но теперь Путин сделал его совершенно непривлекательным. Тот факт, что даже Навальный, несмотря на его неукротимый дух борца, не отстаивает идею более европейского будущего для России, является свидетельством победы Путина. В то же время это не стало уступкой реакционеру Стрелкову, чьи цели кажутся подавляющему большинству россиян слишком нереалистичными.

Ни один российский политик сейчас не может предложить идеологию, достаточно амбициозную и воодушевляющую, чтобы конкурировать с Путиным. Возможно, именно поэтому Путин с такой легкостью подавляет недовольство и остается во власти.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), перевод Иносми


Дата публикации: Вс 23 Июл 2017

Молдова: Перетягивание спецслужбы по-молдавски

Кому будет подчиняться СИБ РМ?

Молдова: Петер Михалко прибыл в столицу Молдовы

Новый глава Делегации Европейского союза в Молдове обсудил с молдавскими чиновниками внедрение положений Соглашения об ассоциации.

Приднестровье: В Приднестровье говорят о возможности конфликта в будущем

Валерий Лицкай выступил с резонансными заявлениями.

Приднестровье: Палестинский сценарий для Приднестровья

В Тирасполе предложили обратить внимание на палестинский опыт.

Молдова: Президент и правительство - разноголосица мнений

Коллизии ослабляют власть.

Молдова: Европейская модель - лучшая для Молдовы

Таково мнение вице-премьера страны.

© Аналитический Центр «DNIESTER», 2017.
© РИА «Днестр», 2009-2016.
© Программирование и дизайн: «DNIESTER», 2009.

Email: dniester.post@gmail.com
Поиск на dniester.ru
О проекте РИА «Днестр» 2009-2016.
Архив РИА «Днестр» за 2016, 2015, 2014, 2013, 2012, 2011, 2010, 2009.
Архив материалов РИА «Днестр» на иностранных языках 2009-2016.