Почему смерть Бориса Немцова выгодна Кремлю

"The Financial Times", Великобритания

Убийство российского политика сожгло последние мосты между режимом и его противниками.

Об убийстве Бориса Немцова трудно писать в аналитическом духе. Будучи кандидатом физико-математических наук, Немцов, тем не менее, выступал за простоту — во всем. Он всегда предпочитал свободу диктатуре, мир — войне, честность — коррупции, достоинство — позору и правду — лжи. Более того, он был убежден, что эти простые идеалы когда-нибудь восторжествуют в России, как они восторжествовали в других странах. При этом он понимал, что подобные вещи не происходят сами по себе и что для этого потребуются отвага и старания таких людей, как он.

Поэтому он продолжал свой крестовый поход. И поэтому его убийство на Большом Москворецком мосту, ведущем к собору Василия Блаженного и к Красной площади, многое говорит о современной России.

Немцов, видный оппозиционный политик, был убит из-за своих выступлений, направленных против российского президента Владимира Путина, из-за своих антикоррупционных расследований и из-за своей ключевой роли в российском оппозиционном движении.

Те, кто считает, что это варварское преступление произошло независимо от Кремля, явно закрывают глаза на обстоятельства случившегося. Красная площадь тщательно охраняется десятками полицейских — в форме и в штатском. С обеих сторон моста, выходящего на улицу с крайне плотным движением, расположены постоянные посты дорожной полиции, а его окрестности находятся под наблюдением. Вдобавок через два дня была назначена большая демонстрация, которую Немцов организовывал, и это означает, что за ним почти наверняка следили спецслужбы.

Кем бы ни были его убийцы, они были уверены, что полиция не будет их преследовать, иначе они выбрали бы другое место — например, подстерегли бы Немцова у его дома, куда он направлялся. То, как было осуществлено убийство, прямо указывает на причастность высокопоставленных функционеров режима.

Пресс-секретарь г-на Путина заявил, что режим не был заинтересован в смерти Немцова, так как его популярность была несравнима с популярностью президента. Эта аргументация не должна сбивать нас с толку.

Во-первых, высокий уровень популярности г-ну Путину обеспечивают цензура, пропаганда и махинации на выборах. Можно не сомневаться, что на прямых дебатах Немцов его победил бы. Впрочем, таких дебатов никогда не было, что неудивительно: г-н Путин в принципе не участвует в дебатах с оппозиционерами. Более того, сейчас в российской экономике начинается рецессия, и поэтому власти закручивают гайки СМИ и оппозиции. Это вполне ожидаемо — экономический спад часто порождает рост пропаганды и усугубляет политические репрессии. Диктаторам прекрасно известно, что их режимы держатся только до тех пор, пока большая часть народа убеждена: действующий лидер лучше альтернативных вариантов. Вот почему для них крайне важно тем или иным способом заставлять оппозицию молчать — особенно в периоды, когда наступает экономический кризис, указывающий на ошибки властей.

И это подводит нас ко второму слабому месту в кремлевской аргументации. Немцов не только был слишком открытым и слишком точным критиком режима, но и выполнял уникальную функцию посредника между двумя волнами российских прозападных политиков — старой и новой. Он побеждал на парламентских и президентских выборах и сочетал в себе респектабельность высокопоставленного политика (и бывшего вице-премьера) с неслыханной прямотой критики. Именно Немцов создал коалиционное движение с участием молодых российских политиков, именно он помогал взращивать новых оппозиционных лидеров.

Благодаря прошлому успеху на выборах его партия была единственной по-настоящему оппозиционной политической организацией, которая по закону должна была иметь право участвовать в парламентских выборах 2016 года. Участие Немцова в этих выборах естественным образом превратилось бы в платформу, объединяющую разрозненные антипутинские и прозападные оппозиционные структуры. Его смерть избавила Кремль от этой потенциальной проблемы.

Убийцы Немцова сожгли последние мосты между режимом и его противниками-либералами. Было бы правильно, когда режим в России сменится, переименовать место, где произошло это убийство, в мост Немцова.

Автор — Сергей Гуриев, бывший ректор Российской экономической школы, профессор экономики парижской Школы политических наук.

Перевод: inosmi.ru


Дата публикации: Пнд 2 Мар 2015

© «DNIESTER», 2009-2017.
© РИА «Днестр», 2009-2017.
© Программирование и дизайн: «DNIESTER», 2009.

Поиск на dniester.ru
О проекте РИА «Днестр» 2009-2017.
Архив РИА «Днестр» за 2017, 2016, 2015, 2014, 2013, 2012, 2011, 2010, 2009.
Архив материалов РИА «Днестр» на иностранных языках 2009-2017.