Приднестровье: поиск национальной идеи

В эфире приднестровского телеканала ТСВ в ходе ток-шоу «Шаг Навстречу» состоялась полемика между политиками, историками, политологами по поводу формирования национальной идеи, способной объединить приднестровское общество.

РИА «Днестр» приводит фрагменты выступлений участников передачи.

Владимир Рыляков:

Идея при создании ПМР была простая – сохранение СССР от распада. Действия начались с противодействия националистическим тенденциям в Кишиневе. Мы прогнозировали ситуацию, что можем оказаться изгоями в собственной стране.

То противостояние, которое произошло, - был жест недоверия к правящей элите – к тому Верховному Совету, Компартии. Речь идет о законе о языках, когда было проигнорировано мнение населения, в том числе и Приднестровья.

Кишиневские лозунги забастовок известны – «Русские за Днестр – Евреев в Днестр». А наши лозунги – два государственных языка, равное двуязычие, равные права. Мы все граждане государства, и мы должны иметь равные права. В конечном итоге мы эти идеи реализуем в рамках ПМР.

Процесс демократизации в тот период проходил достаточно эффективно, и решения принимались на уровне трудовых коллективов. Нас вытолкнула ситуация в качестве управленцев, руководителей этого движения в силу нашей убежденности. Мы, выдвинутые с низов, не могли не реализовать требования, которые выдвигались трудовыми коллективами.

Валериан Тулгара:

Была объективная ситуация, вокруг которой родилась национальная идея. Надо говорить прямо – был враг, который навязывал свои правила жизни на территории нашей республики. Навязывал свои правила в части языка и в другом. Чуждые правила жизни для нас заставили нас всех объединиться под собственной национальной идеей – это защита своего родного дома, своей семьи, защита своего народа от врага. В этом и была национальная идея 1992 года, которая помогла нам выстоять.

Всё началось с 1989 года. Почему объединились здесь и молдаване, и русские, и украинцы, и вообще все национальности? Потому что принималась программа, по которой в течение 10 лет все жители должны знать два языка – молдавский и русский. И националистам – Друк, Лари – им захотелось поступить не так. «Должно быть, как было при Сталине – вечером лег русским, проснулся – уже не русским». И то же решение, которое предлагалось националистами, был перевод на латинскую графику. Как можно за одну ночь изучить язык? Это не могло не вызвать ряд недовольств. Вокруг угрозы объединились все.

Алла Мельничук:

Приднестровье – это самый неудачный вариант, где можно было бы вбросить мононациональную идею. Наш регион заселялся с конца 18 века как регион, который был почти пустым. На картах того времени написано «Дикое поле». У нас – европейцы, единая религиозная основа, все три народа – православные. У нас не было национальной розни. Двадцать лет назад произошло несрежиссированное возмущение.

Елена Бобкова:

На тот момент, когда был разрушен СССР, была также разрушена определенная система ценностей. И в этот момент стихийно возникает идея, которая не требует больших объяснений, что – то вроде лозунга «бей людей такой-то национальности, и сразу жизнь станет лушче». И в определенный момент эта идея завладела умами молдавского общества, в том числе ученых, педагогов. В Приднестровье возникла идея некоего противодействия. И, действительно, наша национальная идея возникла как противодействие тем идеям, которые возникли в молдавском обществе.

Национальная идея меняется. Уже 20 лет прошло с момента распада СССР. Идея национальная претерпевает трансформацию. К 2000 году эта идея уже начинает трансформироваться. Люди говорят – нам важны законность, порядок, равенство, справедливость, стабильность. В 2004 – добавляется соц защищенность. К 2009 году – достойный уровень жизни. В какой-то момент мы понимаем, что в глазах людей мы состоялись как государство. Люди понимают, что вопрос статуса – это вопрос достаточно долгий, и страна должна состояться в экономическом смысле. Сейчас общественное сознание поворачивается к тому, чтобы экономически мы смогли состояться.

Владимир Рыляков:

Мы по-прежнему находимся в блокаде, в состоянии войны. Идёт война. Тихая. Обывателю малозаметная, но она идет против Приднестровской Молдавской Республики. Мы должны говорить людям в открытую обо всех трудностях, проблемах. Чтобы люди могли принимать активное участие, как это было в 1989-92 годах.

Трансформация происходит. Старшее поколение постепенно уходит. Время движется. Появляются новые требования к жизни у подрастающего поколения. Где-то подзабыли что было 20 лет тому назад. Более молодое поколение – оно не помнит этих событий, не придает им такого значения, как придаем мы. Нашу общегражданскую идею необходимо сформулировать, и вовлечь людей в развитие программ.

Валериан Тулгара:

Сегодня, действительно, настало время, когда нужно серьезно корректировать идею. Мы не можем жить одной идеей, не учитывая современные реалии. Мы можем ее называть как угодно, лишь бы она приносила благополучие нашему народу.

То, что нам нужна скорректированная идея, то она обязательно нужна. Сейчас совершенно другой исторический этап развития нашего государства. Я бы её назвал – «приднестровцы, вперед к признанию и процветанию нашего государства». Мы постепенно своими действиями идём к этой идее. Мы воспитываем нашу молодежь в духе патриотизма, принимаем законодательные акты, которые улучшают жизнь нашим пенсионерам. Но разве это не есть трансформация? Не есть корректировка той национальной идеи, заложенной в 1992 году?

Алла Мельничук:

Идею, действительно, нужно корректировать. Сама идея 1992 года была неплоха. Но любая идея требует коррекции, и опыт советский нас подвигает на то, чтобы мы тоже смотрели в будущее. Это признание республики, дальше – социальная стабильность, развитие гражданского общества. Если уже интеллигенция говорит о том, что нужна идеология…

Андрей Сафонов:

Национальная идея – это то, каким мы видим свое будущее. На славе героев прошлого паразитировать нельзя. Мы говорим о признании, но нас несколько сот тысяч человек, которые сами ничем не могут приблизить это признание. Идея – это «современнее», это «богаче» и это «свободнее». Нам нужно современное государство, где люди живут зажиточно и могут контролировать власть. Если от нас будут уезжать в другие страны, тогда идея не состоялась.

Дмитрий Соин:

Первичный толчок был основан на страхе перед национализмом. Имел и свои экономические причины. Приднестровье было донором для правобережной Молдовы. В Приднестровье строились заводы и фабрики. Двойная обида с нашей стороны заключалась в том, что нас не просто заставляют на себя работать, но и навязывают язык. Возникла ответная реакция. В общем-то, Приднестровье сделала сама Молдова. В ответ на каждый их шаг, в качестве ответной реакции. К сожалению, впоследствии нам показалось, что на этой волне 1992 года ПМР может существовать вечно. Национальная идея не может строиться на идее осажденной крепости, она должна быть устремлена в будущее. В Америке – американская мечта, что каждый может стать миллионером.

Нет какого-то ощутимого беспокойства у нас о молодежи, чтобы молодой человек получил перспективную зарплату, рабочее место – ну нет, уезжают отсюда! И мы на нашей национальной идее постепенно создаем ситуацию, что здесь остались пенсионеры и подростки.

У нас народ может какие-то мысли подбросить, но во всем мире идеи генерировались элитой. К сожалению, мы, имея идеологические структуры, не смогли этого сделать. Пока статус Приднестровья не определен, то, естественно, - только демократия, только высокий уровень жизни, высокая степень защищенности, общество равных возможностей для всех может стать национальной идеей.

Александр Порожан:

Идея должна созреть в обществе. Когда несозревший плод пытаются толкать и пропагандировать, такая идея не воспринимается обществом. В обществе должно созреть понимание того, как мы хотим жить. Независимость – безусловно, это та вершина, к которой мы стремимся. Но нельзя зацикливаться на этом. Когда люди верят обществу, чиновникам среднего звена, которые сегодня дискредитируют наше государство, поскольку интересы ведомств стали выше прав человека... Когда в обществе будет согласие, нам легче будет поднять имидж Приднестровья.

Елена Бобкова:

Работа экспертов-аналитиков должна вестись по формированию объединяющей идеи. Фактор России в Приднестровье очень важен. Люди доверяют России. В Приднестровье очень высок процент ориентации на Российскую Федерацию. В РФ сейчас очень активно развивается тема великой державы, гордости за свою страну. Для Приднестровья эта точка зрения очень близка. Мы за последнее время видели успехи на Евровидение поехали ребята из Приднестровья, другие успехи… Это не может быть стихийная работа, нужна большая государственная программа.

Владимир Рыляков:

Вопрос, действительно, звучит: кто же должен взяться за эту работу? Для того, чтобы воплотилась идея «ПМР – моя гордость», и нужна всеобъемлющая программа, где должно быть «что ты сделал, чтобы поднять…» У нас очень много людей, которые ждут, пока им принесут, подадут на голубой каемочке. «А что ты сделал для улучшения жизни каждого из нас? Поделись! Помоги!». У нас происходит процесс размежевания. И наша задача – не только процесс этот остановить, но и обратно запустить.

Руслан Слободенюк:

Мы блуждаем в трех соснах. Никакой национальной идеи в 1992 году быть не могло. Ответом на имплантированные извне разрушительные механизмы была историческая память, увязанная с РФ, с Империей. Территория Дикого Поля заселялась во времена русской императрицы Екатерины Великой, и цель мы сегодня упустили. Эта цель – отрезок национальной границы России, который необходимо защищать. Назвать её, эту идею, можно не национальной, а общенародной. Мы на маленькой территории, и сформироваться как нация не имели ни времени, ни сил. Определенные контуры общенародной идеи были проявлены в 2006 году, в момент референдума. И нужно, чтобы мы поддержали эти идеи. Для большинства наших граждан не понятно, с какой скоростью процесс идет. Что было гармонизировано, как гармонизация идет. Людям должны быть понятны наши планы.

Инна Полищук:

Для большинства населения идея какая-либо сегодня не актуальна. У молодежи есть потребности – чем себя занять, и вообще - «куды бечь». Актуальные идеи – развитие образования, развитие социальных связей. «Успешное общество – это успешные люди». Давайте формировать идею на каком-то общедоступном сайте, пусть каждый бросит что-то в общую копилку, необходимо использовать практику открытого мозгового штурма.

Владимир Атаманюк:

В конечном счете, что такое «национальная идея»? Это рай, к которому стремятся все. А вот как воплотить эту «идею»? Это называется «идеология». Мы сформулировали её – самодостаточное государство, в котором каждый человек обеспечен правами, свободами, достатком.
Мы идем по пути иждивенчества. Мы получаем средства от России и этим гордимся. Есть идея, которая стоит уже у целого ряда государств Востока – это идея Чучхэ. Нам необходимо сейчас в нашей республике использовать все наши ресурсы, чтоб самих себя обеспечить. Мы говорим - «объединение России». Но это – не наша идея, это идея России. Мы ее не можем воплотить, и никогда не воплотим. Давайте говорить о нашей республике, о нашем народе, чтобы своими силами добиваться чего-либо.

Валериан Тулгара:

За наше будущее мы в ответе все - и власть, и родители, и гражданское общество. Нужен комплекс мер, чтобы добиться самодостаточного государства. Это и возрождение сельского хозяйства, промышленности. То есть, всё то, что даст возможность самостоятельно зарабатывать. Не надо никому валить на власть, не надо власти валить на гражданское общество, а надо всем «брать на себя» ответственность, ту, которую положено. Стоит только поставить задачу, посмотрите, сколько есть мнений. И власти надо воспользоваться мнением гражданского общества, чтобы решить эти вопросы.

Владимир Рыляков:

Не надо усложнять ситуацию. Много здесь говорилось того, что наболело на душе. Безусловно, необходима решимость какой-то из ветвей власти, чтобы взять на себя организацию формирования этой идеи.

Елена Бобкова:

Приднестровцам мне бы хотелось пожелать больше личной активности, ответственности за свою судьбу и за судьбу республики в целом.

NB! При публикации комментария комментатор берет на себя ответственность за его содержание. DNIESTER рекомендует авторам помнить о необходимости соблюдения толерантности и этических норм в ходе дискуссии и оценки тех, или иных событий. Для тех, кто намерен использовать те или иные комментарии как повод для претензий к DNIESTER, сообщаем, что для комментирования используется внешняя платформа Intensedebate.com, комментарии размещаются их авторами на серверах данной платформы, а на сайте расположен лишь специальный код, позволяющий связывать материалы с платформой. Данная платформа имеет своих владельцев, и была разработана специально для комментирования тех, или иных статей на внешних ресурсах. Отметим также, что серверы платформы Intensedebate.com, как и её администрация, размещены в США, и комментаторы должны осознавать, что их действия при комментировании попадают под юрисдикцию США. DNIESTER напоминает комментаторам о возможной ответственности за действия, вступающие в противоречие с международными законами.